Айн Рэнд. «Гимн»

Жизнь, построенная на полном растворении индивидуума в коллективе, полная жертв и отрицания собственного «я», ужасна. На Земле живут люди, не имеющие имен - вместо них номера. Они отбросили свои личные желания, переживания, мысли, чувства - все, что делает нас особенными, что делает нас людьми, и стали подобны бессловесной серой массе животных. Нельзя любить - можно спариваться в определенные дни, нельзя выбирать - ты все делаешь на благо братьев, нельзя произносить запретное слово - я. «Я» не существует, есть только «МЫ». И Мы живут на благо друг друга.

В таком мире живет герой повести Айн Рэнд «Гимн». С этим миром ему придется бороться.

Повесть о том, что невозможно любить всех и всем нравится. Полное отрицание популярной теории о всеобщей любви, о людях-братьях, о социуме, где все равны. Взгляд автора, книга которого была написана в 1937 году. Во время перемен во всем мире, во время, предшествующее тотальному разочарованию человечества в самом себе. Эта книга - отрицание того, что происходило в те годы на родине писательницы - в России. Прекрасная  антиутопия на тему свободы, равенства и братства, перекликающаяся с романом Замятина «Мы».

***

Ясунари Кавабата. «Цикада и сверчок»

Кавабата - еще один японский классик, которого совершенно забыли на фоне других более популярных авторов.

В сборнике «Цикада и сверчок» собраны миниатюрные рассказы автора и два его романа - «Стон горы» и «Старая столица». В отличие от того же Харуки Мураками, Кавабата не пытался в своих произведениях упростить, европеизировать Японию и японцев. В нобелевской речи он скажет: (…) в моих произведениях критики находят Небытие. Но это совсем не то, что понимают под нигилизмом на Западе. Думаю, что различаются наши духовные истоки.

Читать Кавабату и легко, и сложно, а иногда и неприятно - настолько та действительность, которую он описывает, отличается от привычной нам и нашему мировоззрению.

Его рассказы словно затаили незаконченность, секрет и хрупкость бытия. Вот люди стоят на мосту, и кто-то роняет шляпу, а какой-то шутник заставляет владельца лезть за ней в реку и, когда зрители и участники склонились над водой, шутник сталкивает их и убегает. А вот дети играют с фонариками, ловят цикад в траве, и прохожий видит, как свет одного фонарика упал на грудь девочки. Юноша, у которого умер дедушка, вспоминает этот день и свой дом, разговаривая с деревней, как с живым, называя на «ты».

Произведения Кавабаты, его стиль, можно сравнить с хрупкой рисовой бумагой, настолько филигранны и мягки его образы, застывшие в Небытие.

***

Дорис Лессинг. Серия «Канопус в Аргосе: архивы»

Канопус в Аргосе - своего рода попытка рассказать историю Земли и человечества заново. Этому посвящен первый и третий романы: «Шикаста» и «Сириус экспериментирует». Текст воспринимается тяжело из-за аллегоричности повествования, которое переплетается с явными цитатами из Библии. И если первая книга рассказана от лица представителей Канопуса - некой высшей и идеальной структуры, то вторая - от лица сирианки. На Сириусе царит тотальный контроль и жесткая иерархия, под давлением которой действуют все сирианцы.

«Браки между зонами Три, Четыре и Пять» - дань феминистскому богу. Здесь  повествуется о влиянии неизвестных высших сил на взаимодействия между цивилизационными «зонами», которые отличаются уровнем развития и окружают нашу планету.

Последние две книги - «Создание представителя для Планеты 8» и «Сентиментальные агенты в империи Волиен» - рассказывают о гибнущих цивилизациях. И, что небезынтересно, иносказательно повествуют о коммунистической России.

Объединяет эти книги одна, пожалуй, основная идея, главенствующая над всеми остальными - эта идея предлагает нам, читателям, взглянуть на наш мир, цивилизацию, историю под неожиданным, порой совершенно невероятным углом.

Читайте также в этом выпуске

• Кинопремьеры. Февраль 2010

  Дарья Завьялова
• Бефстроганов

  Родриго Вивар.Поварёнок