Глава из книги М. Садовского «Шкаф, полный времени» (часть 2)

ГЕРОИ НЕ ИЩУТ НАГРАД

***

Стоит вспомнить, что война перемешала жизнь буквально всех людей в стране... Многие эвакуированные ВУЗы, художественные и музыкальные училища, консерватории, балетные школы, театральные и музыкальные коллективы... после окончания войны не спешили возвращаться обратно на покинутые и разорённые места... Многие профессора, педагоги обжились за пять лет на новых землях, да так и остались там навсегда. Это сильно размыло черту российской провинции - она превратилась просто в глубинку, где был очень мощный, выживший в страшных чистках и передрягах судьбы, слой интеллигенции.

Когда профессор Брусиловский сказал, что больше ничему научить своего любимца не может, двинулся его бесстрашный ученик в Москву - без знакомств, без денег - но с одним страстным желанием: взлететь высоко в музыкальное небо.

Его приняли в аспирантуру Московской консерватории - ни у кого не возникло сомнений в его таланте. Выдающиеся композиторы завершали огранку его таланта: Арам Хачатурян, Юрий Шапорин, Виссарион Шебалин...

Да, было что сказать людям этому красавцу парню - высокому, черноволосому,  с орлиным взглядом, он был рождён для неба и опять вернулся в него... но теперь своей музыкой.

Представьте только, что за "Концерт для скрипки с оркестром", первое крупное сочинение, мальчишке в общем-то, ему ж и тридцати не было, присудили Сталинскую премию...  А сочинение было посвящено вовсе не Вождю всех народов... это сочинение было о тех, с кем служил и воевал.

Можно сколько угодно говорить и убеждать окружающих, что художник опередил время, что он будет понят потомками и т.д. - я даже в кавычки не беру эти затёртые пошлости... Востребованность - вот, что необходимо художнику! Это его мерило, и это его судьба! Можно сколько угодно издать краснотомных собраний сочинений и сделать их обязательной программой оболванивания целого государства, можно, но они неизбежно превращаются в дубину, которая колотит по голове - не больше. Можно назначить пролетарским поэтом, рупором эпохи, заставить писать коммунистические псалмы и гимны, вырабатывать прозаические кирпичи и колоннады поэм - здания, из них построенные, рухнули на нашем веку, на наших глазах, и долго ещё будет разъедать горло ядовитая пыль, в которую превратились эти, с позволения сказать, творения...

А можно ночью в конце недельного недосыпа сочинить мелодию "Гляжу в озёра синие, в полях ромашки рву...", и она навсегда останется на той земле, из которой вышел, которую полил кровью, и в которую ушёл безвременно и полузабытым...

Полузабытым? А как возникает легенда?.. Порой это происходило на моих глазах. Это не одномоментно, бывает она годами, десятилетиями складывется! Но несколько раз я был свиделем возникновения такого феномена... Жизнь Леонида Афанасьева несомненно - яркий пример этого... Обычно легенда - это послесловие в веках... с Леонидом Афанасьевым случилось другое: он жил в легенде, внутри её...  И вот он ушёл. Навсегда. Она осталась. Может быть, тоже навсегда?..

Но до этого ещё далеко. Мы пьем чай. Кофе. Курим. Сбиваемся с ритма...

Там, на подступах, было уже точно и автобиографично:

Он подрос и осмелел,
И с мечтою затаённой
В небо синее смотрел
Соколёнок, соколёнок...

У Леонида Викторовича как-то так получалось, что поэты про него стихи сочиняли! Для его же песен. Это Леонид Куксо написал... про его мечту летать, про его судьбу... фильм с этой песней тоже про лётчика... "Это было в разведке"... и там,  кроме песен, такие симфонические картины!.. Огромные, и порой перевешивающие эмоциями своими сам фильм, или так поднимающие его, как только музыка умеет и может...  Вспомните Дмитрия Шостаковича с "Гамлетом", Михаила Зива с "Чистым небом", Кирилла Молчанова с "А зори здесь тихие", Альфреда Шнитке с "Мёртвыми душами" - примеров множество, и музыковеды, специалисты ещё объяснят этот феномен, но мне кажется, что одна из причин такого развёрнутого симфонизма в кино - духота, в которой мы тогда жили, свирепая цензура не то, что любого произведения - каждого слова и шага. Вот и находили возможность высказать боль свою (выдав её за страдания персонажей) композиторы. И спасибо режиссёрам, которые не ограничили их, может быть, интуитивно, а, может быть, сознавая, какую серьёзную услугу они оказывают... даже не им, композиторам,  - музыке, эпохе...

И опять - необъяснимо, но я пишу стихи песни для него - про него:

За давностью лет не забыты
Страницы листов наградных.
Везде они ищут по свету
Былых адресатов своих.
Героев не двое, не трое...
И строки приказов звучат.
Награды находят героев -
Герои не ищут наград!

Спасибо Иосифу Кобзону - он отлично записал эту песню... Может, боевому лётчику Леониду Афанасьеву ещё вернут его звезду Героя - ведь песни, как известно, не умирают, а порой сбываются... Это же его, Леонида Афанасьева, в самом конце войны представили к званию Героя Советского Союза - и не вручили... Почему? Причину нашли... не хочется даже об этом писать...

Может быть, власти больше не нужны были герои - ведь это она, власть (так она считала) выиграла войну, помните: "Мудрое руководство... гениальный стратег" и т. д. А расплачивалась (за всё платить надо) нами... гражданами...

Он умел дружить. Без фоноберии, искренне и открыто. Любил угощать и не считал копейки. И горькие стихи понимал, и мою неловкость перед ним, и всеобщую тягу к нему при его популярности, при его статности, страстности и обаянии. А что взамен? И я писал...

Композитор Леонид Афанасьев и Маршал Советского Союза В. Чуйков

Теперь знаменитый композитор Афанасьев колесил по России, по местам, над которыми летал, воевал... Всюду он был желанным гостем, родным человеком... черпал из бездонной людской доброты, согревался их теплом и отдавал сторицей... Клубы, заводы, общежития, дворцы культуры, театры... телевидение, радио, журналы, газеты...

На Центральном телевидении организовали программу "Алло, мы ищем таланты!", и в жюри, среди прочих, за столом сидели рядом два друга, два композитора - Леонид Афанасьев и Микаэл Таривердиев... После первой же передачи  все с нетерпением ждали выхода следующей, чтобы посмотреть на них - красивых, свободно общающихся, не зажатых, не похожих на других.

В искусстве статистика - не доказательство, но если достиг высоты, понимаешь, как трудно удержаться на ней, и вот тут список убеждает: две симфонии, концерт для скрипки, около пятидесяти фильмов(!), оперетты, музыка к драматическим спектаклям и, конечно, песни...

Он надевал парадный пиджак с наградами только в день Победы, когда встречался с оставшимися в живых своими однополчанами... Если кто-то из незнакомых видел его при таком параде впервые, и не подозревал о его боевых путях, удивлялись... а он только усмехался, шутил... казалось, ему износа не будет...

Слева направо: Композитор Леонид Афанасьев, поэт Михаил Садовский, музыковед Тийна Вабрит, композитор Витас Баркаускас у Всесоюзного Дома Композиторов, Москва

Работать он умел, дружить... юлить и приспосабливаться - нет!

Взгляните на фотографию. Это уже начало девяностых, и знаете, что спрашивает меня Леонид Викторович, пока фотограф налаживает технику: "Скажи, как жить? Ты знаешь?" Я не знал.

Он никогда не был небожителем. Он был в небе лишь для того, чтобы защитить землю, и когда теперь видел, как в подземном переходе через Тверскую, на площади Пушкина, здесь в двух шагах от его дома, свободно и бравируя, продают фашистские знаки и фашистские газеты - его руки сжимались в кулаки, желваки ходили, и он думал, что этих фашистов музыкой не убедить и не победить, что этих надо уничтожать сверху, с неба, всей огневой мощью... И он опять рвался в небо! Он не мог понять и пережить - фашисты в центре Москвы! За что же бились насмерть и заплатили невиданной кровавой ценой!

Может быть, лексика устарела? Нет! Мне повезло в жизни быть знакомым и дружить со многими выдающимися лётчиками, и я учился у них верить в справедливость и мастерство... В небе не спрячешься за чужую спину, не отсидишься в пропагандистском тылу и не простишь измену. В небе ценят то же, что и на земле. Только платят много дороже... и без отсрочки...

Казалось, что ушло его время. Он не смог вписаться в новое... Мне так показалось... Не знаю - прав ли?..

Нет уже ни дорогого моему сердцу Леонида Афанасьева, ни Игоря Шаферана. Осталась их песня о России. И скажем без пафоса, а по праву: Россия не должна забыть тех, кто любил её искренне, беззаветно, не жалея ни крови, ни жизни.

И мы тоже будем помнить, потому что все вышли оттуда. Она - Родина наша.

31 марта 2001

Фото из семейного архива В.П. Афанасьевой и личного архива М. Садовского